Сейчас, в канун 8 Марта, хочется все, существующее в мире, объявить средством поклонения Женщине. И ведь это не будет большой ошибкой. Потому что культ продолжения рода, а значит, и Женщины-Матери, которая дает рождение новым людям, был всегда, пока существовало человечество, и теперь, по прошествии более миллиона лет, пророс в наш быт весьма причудливыми побегами. Но мы вспомним не о нынешних временах.

Из истории «бабского» вопроса

Раньше они сопровождали путника в степи везде. Кому-то указывали дорогу. Кого-то неожиданной тенью отвращали от губительного оврага. Кому-то составляли компанию в долгой дороге по тоскливо-однообразным просторам. Кому-то служили надгробием, а кого-то вдохновляли на стихи, прозу, и философские изыскания. Они остались с нами до сих пор. Правда, теперь в естественных условиях их удается увидеть редко. В основном место их «тусовок» — музейные дворы, которые они так же невозмутимо охраняют, уставившись вперед впадинами глаз на угрюмых, иноплеменных лицах, сложив руки на животе и не стесняясь своей обнаженности.

До сих пор не известно, что это такое – каменные бабы. Конечно, в канун Женского дня, автору было бы уместнее всего предположить, что это просто изображения любимых, которые древние мастера ваяли из камня (наверняка, не только, но до наших дней сохранился лишь камень). Может даже, своего рода древние открытки, которые дарились любимым на дни рождения, например, или, как ни прискорбно, на день смерти, увековечивая их память. Может это были составляющие части эдакой племенной «доски почета», отмечавшей достижения передовых доярок овцебыков или охотниц на мамонтов?  А может быть, это была древняя эротика – ведь большинство изображений так сказать, топлесс. И потом, они ведь по пояс зарыты в землю. А вдруг там, под землей, есть продолжение? Значит, почти порнография.

Конечно же, это романтические допущения, ничего общего с истиной не имеющие. Но то, что эти изображения напрямую связаны с культом женщины – бесспорно.

Культура каменных изображений людей распространена на таком огромном пространстве, что говорить о региональной ее принадлежности не представляется возможным – от Днестра до Урала и далее, до Дальнего Востока (вспомните о легенде народа нивхи о Какзаму – Каменном человеке). Первые подобные изображения, иногда называемые также менгирами, появились предположительно в эпоху энеолита, а это 5-5,5 тысяч лет назад. Нужно отметить, что письменные свидетельства об этом (жена Лота, опять же), и подобные изваяния за океаном (остров Пасхи, культуры древних индейцев, Египет в конце концов), датируются гораздо более ранним временем, и свидетельствуют о том, что каменные бабы не выходят из моды уже более восьмидесяти столетий.

Поражает и приверженность народов этому сюжету в зодчестве. Даже когда на наши земли пришло христианство в 3-4 веке н.э. и стало полноценной религией наряду с властвующим в степях язычеством, новые народы, приходящие сюда (сарматы, кипчаки, половцы) на протяжении еще более 500 лет ставили и ставили новых каменных идолов.

Не сотвори себе кумира

Нельзя забывать, что в старой иудейской традиции, подхваченной после исламом, существовал строжайший запрет на изображение не только Бога, Сатаны и их ангелов, но и обычных людей. Поэтому иудеи так презирали египтян, преуспевших в изображениях всего, что они видели, и даже высших сил, какими они себе их представляли. Естественно, что вновь пришедшее на Днепровские берега христианство, не приветствовало создание идолов. До расцвета образа Женщины как Богоматери было долгих двенадцать веков, и тысячи людей еще должны были заплатить за это муками на кострах инквизиции. А язычники продолжали свое дело, как будто нечто, заложенное в генах, двигало ими.

Разноликие стражи

Стоит однако, заметить, что далеко не все степные идолы – женщины. Некоторые исследователи и вовсе говорят, что это все мужчины. А отчетливо заметная грудь – это всего лишь изображение развитых грудных мыщц, характерных для сильных воинов, силы которых пытались подчеркнуть отчетливым преувеличением. К тому же, баба – бабе рознь. Скифские бабы, которые являются редкой находкой из-за своего почтенного возраста (6-4 века до н.э.), скорее всего являются изображением скифского божества, великого воина Таргитая, изображенного разными зодчими в силу своего воображения, по-разному. Впрочем, по-прежнему развито мнение, что каменные изваяния – это все-таки, изображения женщин, символизирующих плодородие, образ хранительницы очага (в том числе и от злых духов, которые древним племенам сильно досаждали), и посредника между людьми и божествами. Поэтому и ставили их на могилах (не делаем ли мы это до сих пор?), на перекрестках степных путей (для защиты от потусторонних неприятностей и на границах селений или, скорее, территорий (у скифов, за редкими исключениями, не было стационарных городов в нашем понимании этого слова).

Самые распространенные «модели» каменных баб, которые нам привычны, наиболее распространены, и, возможно, украшают чьи-то дачи, а то и вовсе служат подпорками для сельских заборов,  созданы мастерскими руками тюркских зодчих – племенам половцев или кипчаков, которые заполонили приднепровские степи в10-11веках. Жили они на берегах Днепра относительно оседло, по крайней мере, большие родовые захоронения их до сих пор высятся посреди приднепровских полей. И считали своим долгом на каждое захоронение уважаемых родственников поставить их прижизненное изображение. Поэтому половецкие «бабы» имеют отчетливое различие в половой принадлежности, и наличии или отсутствия оружия, украшений и других свидетельств своего социального статуса. Да и само слово «баба» в тюркском понимании лишено женственности – оно означает «старик». Казаки, перенявшие слово «баба» у соседей, чаще называли каменных идолов «болванами» (кстати, это слово тоже имеет свое значение, в скифском языке оно означало «богатырь»). И тоже никаких плюсов в сторону женского начала. Есть даже авторы, которые говорят о страшных ритуалах, происходивших у ног каменных баб.

«И пред идолом гнётся кипчаков спина …

Всадник медлит пред ним, и, коня придержав,

Он стрелу, наклонясь, вонзает меж трав,

Знает каждый пастух, прогоняющий стадо,

Что оставить овцу перед идолом надо».

Это писал Низамив 12веке. Он был очевидцем жертвоприношений, производимых около идолов. Говорят, что каменным бабам приносились даже человеческие жертвы из числа пленных, или даже… собственных детей племени. Подобная теория существует, однако, она не находит ни подтверждения, ни опровержения. Что же касается вопроса жертв в виде животных и продуктов, то здесь многие ученые однозначно соглашаются.

Не так-то и просты, оказывается, привычные нам каменные бабы Приднепровья.

И я обманываться рад…

Нет спора, ученые делают великое дело, просвещая нас, несведущих. Но в то же время, часто своими недоказуемыми теориями, они разрушают трепетную веру в красивые, романтические вещи. Без этой веры просто становится скучно жить. А желание «поверить метром сердца» и взвесить бессмертную душу, вызывают лишь раздражение. Потому что надо оставить человеку хоть маленький уголок для   мечты.

И тогда легко можно предположить, что каменную бабу, стоящую у Краеведческого музея создал некий влюбленный половецкий юноша, который запечатлел свою любовь в камне, а после погиб в бою, пронзенный татарской стрелой. А памятник любви остался стоять над его могилой. Ведь красиво? Хоть и неправда. Так давайте же хотя бы в канун Праздника всех женщин на время позволим истории повернуться так, как того хотим мы, мужчины, и заставим наших любимых поверить в самые антинаучные, но такие соблазнительные сказки!